«Полегли все солдаты»: воспоминания астраханки о войне

В годы Великой Оте-чественной войны абсолютно всем людям было тяжело, приходилось выживать, как кто может. О своем военном детстве рассказала нам труженица тыла астраханка Зоя Георгиевна Бекова.

“Кушать мои маленькие хотят”
Зое Георгиевне в октябре 2018 года исполнится уже 88 лет. Но, хочу вам сказать, выглядит эта женщина достаточно бодро. Как она сама говорит, именно закалка военных лет помогает ей сохранять отличную физическую форму.
Когда началась Великая Отечественная война, Зое не было и 11 лет. И на ее детские плечи легла ответственность за всех младших сестер и братьев, ведь маме и самой старшей сестре приходилось много работать. Школу, само собой, пришлось оставить, хоть и учиться очень хотелось.
– Очень много мне приходилось ходить. За 18 км от села Яндыки, в котором мы жили, до Зензелей, где работала старшая сестра, я ходила одна. Сестра соберет немного продуктов, отдаст мне, а я бегом домой, да побыстрее, ведь кушать мои маленькие хотят, ждут. Страшно было одной путешествовать, но выбора не было, – вспоминает Зоя Георгиевна.

Смертельно опасные путешествия
А если путешествие предстояло совсем дальнее, то перемещались на товарных поездах, причем между вагонами. Ездить Зое Георгиевне приходилось с маминой двоюродной сестрой и ее детьми, и задача, я вам хочу сказать, не из легких. Ведь самому младшему всего 6 лет было. Даже подумать страшно, какие последствия могли бы быть, но иного выхода не было. Как рассказывает наша героиня, сейчас бы ни одна мать не стала так рисковать, но времена были нелегкие и каждый выживал, как мог. Так вот, подруга матери становилась на приступке, а поскольку тамбур вагона всегда был закрыт, то приходилось ютиться между вагонами. “У тети палка в руках была, которой она меня в плечо тыкала, чтоб не уснула. Ехать-то часто ночью приходилось. А я уже, в свою очередь, соседа по плечу. Ведь если уснешь, то упадешь под поезд и все”, – вспоминает Зоя Георгиевна. – Цель у подобных путешествий была одна – выменять одежду, вернее, тряпичные материалы, которые от нее остались, на что-нибудь съестное. Добрые люди тоже находились: кто картошечки даст, кто – маслице. Приедешь домой с картошечкой, испечешь ее на костре из перекати-поле, поешь немного и все, снова думаешь, где и что достать”.
Зоя Георгиевна рассказала, что с пропитанием было совсем плохо, ели они все, что можно было есть. Многие сейчас понятия не имеют, что такое “чушиные орешки” (чилим), а из них и муку делали в военное время, и даже лепешки пекли. А “чушиные орешки” можно было найти на берегу, после того, как вода сойдет. Росли они коричневыми полянками, и вот каждый этот черный мешочек из листочков собирали, а в середине – орешек, его-то и можно было есть.

В колхозе с 13 лет
Беда была не только с пропитанием, но и с одеждой. Детям приходилось дома сидеть, ведь надевать было абсолютно нечего. Про обувь вообще и мечтать не приходилось. Ходила Зоя Георгиевна в так называемых “поршнях” – это шкура овчины, из которой вырезался круг, делались дырочки, а уж в эти дырочки вставлялась веревочка. Можно сказать, это своеобразный мешок, в который помещалась нога. Но, как рассказывает наша героиня, было в такой обуви достаточно тепло.
А когда Зое Георгиевне исполнилось 13 лет, мама ее устроила работать в колхоз. И вот эта девочка и полола, и поливала наравне со взрослыми, и даже жала серпом. “И стадо овец пасли с братом. Целое стадо. Нелегко это, детям-то, но мы не жаловались. И вот так посмотреть, куда не кинь, через все я прошла”, – отмечает наша героиня.

Полегли все солдаты…
А еще Зоя Георгиевна вязала носки для солдат и передавала их на фронт: “Мать соберет посылку от нашего дома и отдает ее для солдат. Носочки добротные, шерстяные. Вязала их я все время: и когда к подружке иду, и от нее. Спицы и клубок с пряжей практически не выпускала из рук. Это была возможность хоть как-то помочь солдатам на фронте”.
“Немец от нас был недалеко, немец от нас был за 70 километров через степь. И вот однажды солдатиков выстроили и отправили к немцам навстречу для защиты. А они все молоденькие, аж сердце щемило от тоски за их судьбы. А немец стал отступать, но вот только заминировал все. Полегли все солдаты… Сколько их было, все полегли… Тогда, в войну, к каждому дому прикрепляли солдата. И у нас был такой солдатик, украинец, по-моему. Мама, помню, когда узнала, что его на фронт к немцам отправляют, просила весточку прислать о том, жив-здоров ли… Не пришло так весточки. Со всеми остальными солдатами так и не вернулся…” – вспоминает Зоя Георгиевна.