Русский с китайцем — дружба навек?

Присутствие китайского лидера Си Цзиньпина на Красной площади во время парада 9 мая и переговоры о подключении России к «Новому шелковому пути» породили волну едва ли не эйфории в нашей прессе. Но если уйти от пиара и вернуться к журналистике – что тогда увидим?

Торговая реинкарнация

Первая презентация проекта «Новый шелковый путь» прошла во время визита Си Цзиньпина в Казахстан в сентябре 2013 года. Россия тогда к этому проекту отнеслась настороженно: явный смысл «Нового шелкового пути» — это ограничение влияния США и России в Средней Азии и на Ближнем Востоке. Да и Индию надо обойти.

Исходной точкой товаропотоков новой реинкарнации древнего стратегического торгового пути (точнее, путей – шелковых было несколько) является столица Синьцзян-Уйгурского автономного района – город Урумчи (это тот самый, на вокзале которого с завидной регулярностью происходят нападения исламистов). А заканчиваться «Новый шелковый путь» будет в Венеции – совсем как во времена Марко Поло – в пиар-талантах китайскому руководству не откажешь. Чтобы не углубляться в историю, напомним только один весьма существенный и в наше время факт – тот Великий шелковый путь две тысячи лет назад имел протяженность более 6500 километров и преодолевал и географические барьеры (Гималаи, например), и войны – воистину, ничто не остановит торговлю.

Коридор с ответвлениями

Так вот, осью «Нового шелкового пути» является вовсе не скоростная магистраль «Казань — Москва», а также БАМ, Транссиб и даже Турксиб (хотя у Турксиба перспектив побольше – газопровод размером с «Силу Сибири» там уже построен и функционирует, а железная дорога есть еще с советских времен). Центральным проектом «Нового шелкового пути» и стратегической осью является Китайско-Пакистанский экономический коридор (вспомогательный коридор – Бангладеш — Китай — Индия — Мьянма) – комплекс магистралей от Урумчи до пакистанского порта Гвадар недалеко от границы Пакистана и Ирана.

Сам порт и город располагаются на т-образном полуострове на берегу Аравийского моря у входа в Оманский залив – прямо напротив Аравийского полуострова. Это кратчайший путь до Суэцкого канала, причем в обход Индии. Последней, естественно, этот обход не нравится, но Китай пытается подсластить пилюлю.

Существующий же морской путь доставки нефти с Ближнего Востока в Китай и китайских промтоваров в Европу, во-первых, чуть ли не в три раза длиннее, во-вторых на пути узкий и опасный, перегруженный Моллукский пролив – единственный морской путь из Индийского океана в Тихий. И самое неприятное для Китая – этот путь лежит через Андаманское море мимо цепочки Андаманских островов, а там индийская военно-морская база.

Никакой благотворительности

В пакистанский коридор и Гвадар-порт Китай вкладывает 46 миллиардов долларов (не юаней и не рублей). Кроме того, 5,5 млрд долларов вкладывается в железнодорожные сети Африки. Кроме того, создан Азиатский банк инфраструктурных инвестиций с капиталом еще в $40 млрд, участвуют 40 стран, России там пока нет. И это далеко не все вложения в «Нью Силк Роад» («Новый шелковый путь»). А теперь сопоставим эти цифры с вложениями в магистраль «Москва — Казань» и проблемами с газопроводом «Сила Сибири». Дважды в прошлом году высшие должностные лица Китая заявляли о том, что Китай и Россия обречены на партнерство, потому что у нас самая большая территория, а у них – самое большое население. Россия для Китая сейчас – «хромая утка» и Китай всегда был занят своими интересами, а не благотворительностью. А продавливать свои интересы Китай умеет.