Рыболовные итоги Астраханской области 2017 года и прогноз на следующий судаковый год

Уходящий год побил рекорд водности за всё время наблюдений за волжским стоком. Никогда ещё весеннее половодье не заканчивалось в августе. Омрачает этот факт лишь то, что при таком обилии воды паводок задержали на 15 дней, тем самым скомкав нерест рыбы на Нижней Волге и фактически испортив его.

Но есть и положительные моменты в таком многоводье, и рыбаки-любители наверняка обратили на них внимание. Во-первых, высокая вода привлекла рыбу с моря, в первую очередь судака. По информации из браконьерских источников, летом в Волгу зашли не только осетры и севрюги, но и белуги и даже белорыбица. Последние обычно идут в Волгу с похолоданием поздней осенью и зимой, есть вероятность, что не всех их поймали по дороге и какая-то часть все же дойдёт до нерестилищ.

Как никогда в последние годы, много в наших реках в конце лета появилось щуки. Связано ли такое изобилие с многоводьем – вопрос, но то, что каким-то образом эти два явления связаны, очень вероятно.
Высокий уровень воды в начале путины в сентябре самым положительным образом сказался на уловах промысловиков, причем как работающих неводами на реках, так и у “секретчиков” на раскатах.

Очень много мелкого судака зашло в наши реки осенью. Его было так много, что закупочная цена на рынках упала до 40 руб. за килограмм, только не путайте закупочную и розничную. Хотя розничная тоже опустилась до 70-90 руб. за кило. Откуда такое изобилие на общем фоне оскудения рыбных запасов?
А судаки эти есть поколение, появившееся на свет от родителей, зашедших в Волгу в 2014 году. Это тоже был рекордный по судаку год после долгого перерыва. А вот почему судака было много в 2014 году? Одну из версий, причём очень убедительную, поведал мне два года назад ныне покойный Дамир Никитич Катунин, проработавший в КаспНИРХе больше полвека.

Вот вкратце суть его версии: “Изобилие судака в 2014 году связано с падением уровня Каспийского моря. Последний подъём уровня моря начался в 80-х годах прошлого века и продолжался до конца 90-х годов. Именно в этот период в казахстанском секторе Каспия появились огромные акватории опресненной воды, богатые пищевыми ресурсами, и именно туда с дельты Волги откочевала большая часть популяции судака. Что подтверждается и статистикой промлова, до 1991 года больше судака ловили на Волге, а после в реке Урал. В начале 2000-х Каспий начал падать, процесс этот не быстрый, но к 2014 году новые акватории на северо-востоке снова обсохли, и судак начал возвращаться к устью Волги. И процесс был бы не так заметен, но, если помните, в 2014 году, осенью, резко увеличили сбросы с Волжской ГЭС, до 14 тысяч кубов в секунду, и держали их на таком уровне почти месяц. Это и дало толчок к резкому увеличению количества судака, идущего с моря, и не только его, вместе с ним той осенью подтянулась и другая рыба”.

Если следовать логике гипотезы, озвученной Дамиром Катуниным, то следующая вспышка численности судака должна произойти через три года, именно тогда подрастет потомство, которое оставят нынешние судаки, идущие с моря.

Кстати, тогда же Дамир Никитич, комментируя катастрофический паводок 2015 года, сказал фразу для того времени чересчур оптимистическую и малоубедительную, но, как оказалось сегодня, очень похожую на правду, а именно: “Существует гипотеза, и я считаю аргументацию, озвученную её автором, вполне убедительной, что 2015 год – это последний маловодный год на Волге. С 2016 года начнётся период многоводья, который может продлиться до 2050 года (по дате я могу ошибаться)”.

Как видно по прошествии двух лет, Дамир Катунин, впрочем, как и практически всегда, оказался прав. Жаль, что специалистов такого уровня не осталось не только в Астраханской области, но и в России. Мне повезло общаться с ним больше 15 лет, и, как правило, его прогнозы и предположения оказывались самыми точными, правда мало кто из чиновников считал нужным к ним прислушиваться.