Восточная сказка глазами астраханца: вид сзади

Часть 1: метастазы Халифата

О вспышке терроризма на Ближнем Востоке в нашей прессе пишут много. Увы, такое обилие публикаций, помимо несомненной пользы – общественное мнение нацеливается на серьезнейшую проблему, имеет и оборотную сторону – примитивизм, откровенные и опасные для общества глупости.

Опухоль разрастается

Патриарх отечественного востоковедения Г.И. Мирский обращает внимание: например, идиотская болтовня на тему «Исламское государство создано ЦРУ для развязывания цветных революций в арабском мире» несет реальную угрозу, так как искажает и упрощает донельзя серьезнейший вызов, с которым столкнулось человечество в 21 веке. Во всяком случае, театрализованных массовых казней мы не видели со времен Древнего Рима. И предела расширению этой заразы пока не видно, напротив, приток джихадистов со всего мира ширится, втягивая в себя наших сограждан и сограждан по бывшему СССР. В результате русский язык вполне может претендовать на статус второго государственного языка халифата.

ИГИШ, ИГИЛ, Исламское государство, Халифат, даеш, довла, дауля (от арабского – государство) — само обилие терминов, которыми обозначается наиболее опасная террористическая группировка, запрещенная в России, говорит о многом. Эта злокачественная опухоль разрастается чрезвычайно быстро и дает метастазы не только на Ближнем Востоке, Северной Африке, но и в Средней и даже в Юго-Восточной Азии, успешно проникает в Европу, Китай, Россию, даже Америку. Мы имеем дело с организацией нового типа, сочетающей свойства сектантской ячейки, сетевой организации, прогосударственных институтов, промышленного и торгового холдинга, высококвалифицированной разведки и контрразведки, пиар-агентства и пр. и пр.

Такая многоликость предопределена историей и механизмом образования этой группировки. О механизмах создания и функционирования ИГ сейчас уже известно довольно много. Успешные операции по устранению отцов-основателей Хаджи Бакра (бывший подполковник и начальник разведки саддамовских ВВС), террориста номер два Аз-Заркауи, главного финансиста ИГ Абу Сайяфа дали в руки спецслужб много первичных документов, которые невольно или вольно попали в руки прессы.

Кампания веры

Итак, ИГИШ появилась на свет благодаря стечению обстоятельств и политическим ошибкам оккупационных американских властей. Когда Пол Бреммер начал дебаасификацию (партия БААС в Ираке и Сирии – это типа нашей даже не КПСС, а ВКПб) и распустил армию Саддама Хусейна, он не подумал, куда пойдут 400 тысяч квалифицированных бойцов, многие из которых заканчивали советские военные училища. Им надо было кормить семьи, а ничего, кроме как воевать, они не умели. Вторая ошибка – фильтрационные лагеря, ставшие университетами новых джихадистов. Аль Багдади, по-видимому, был рекрутирован в ИГИШ в одном из таких лагерей – Кэмп-Бакка. Высокая боевая эффективность ИГИШ также определяется его корнями – происхождением из самой мощной арабской армии Ближнего Востока.

Инфраструктура, которой воспользовался ИГИШ в Ираке – склады имущества, оружия, явки, базы и пр., создавалась Саддамом Хусейном вовсе не для будущей террористической организации, а для борьбы с вероятным шиитским восстанием и партизанской войной. После поражения в Ирано-Иракской войне и первой «Бури в Заливе» Саддам понял, что есть риск пробуждения шиитского большинства Ирака и этой угрозе надо противопоставить что-то адекватное. Прежде всего – такую же мощную идеологию.

В 1994 году в светском Ираке началась «Кампания веры» — агрессивная исламизация армии. Отвечал за «Кампанию веры» генерал Изаад Ад-Дури, месяц назад убитый в Ираке. Ад-Дури при Саддаме выполнял примерно те же функции, что Борман при Гитлере. Примерно в те же годы начались контакты саддамовских разведок с Аль-Каидой. Многие у нас до сих пор возмущаются – а что это мы сдали друга нашего Саддама. Ну во-первых, мы все-таки выступали против, но вяло. А вяло – потому, что на уровне политического руководства России саддамовские шашни с Аль-Каидой были известны – кому нужен такой «союзник». Так вот, созданные Саддамом базы и были унаследованы ИГИШ, тем более что иракские офицеры и генералы прекрасно знали, что и где припрятано. И когда возникли условия, немедленно своими знаниями воспользовались. Условиями стала гражданская война в Сирии, затем – в Ираке.

Фронт под Астраханью

В результате этих войн возникли огромные никем не контролируемые территории. Часть их быстро отжала ИГИШ, устроившая штаб-квартиру в уютном оазисе Ракка на сирийско-иракской границе. Утверждают, что сами иракцы не высовываются и держатся в тени. В качестве линейного штата (это так интеллигентно мы назовем пушечное мясо Халифата) с самого начала было решено использовать привлеченных со всего света джихадистов. Учитывая численность суннитского населения, мобилизационные ресурсы Халифата кажутся неисчерпаемыми. Очень много там боевиков из Срденей Азии и с Кавказа. Недавний скандал с бегством в ИГИШ начальника всего таджикского ОМОНа очень показателен. Такая своеобразная структура породила и двухслойную идеологию внутри самого Халифата – сверхортодоксальный «ваххабизм» для «линейного штата» (за сбритую бороду 50 ударов палкой, даже со вшами в бороде, говорят, запретили бороться, только хной дозволено красить, дабы не так чесалась) и светская полурелигиозность для штабов – там люди привыкли к мирским утехам и ограничений не любят – что-то это напоминает, а?

А теперь о механизмах развития того конфликта, который угрожает расползтись на весь мир – причем это расползание джихадисткими вождями уже анонсировано. Аль Багдади не только про Хельсинки вещал, в одном из заявлений незадолго до фатальной бомбежки он называл Астрахань. Напомним, что еще в 2000 году вождь афганских талибов мулла Омар также обещал «фронт под Астраханью» — вот мы им дались… О «терках» Халифата с Талибаном немого позже.